«Первыми, кто ушёл из нашего района на войну в Афганистан, были пышминец Сергей Мистюнин и житель Черемыша Юрий Саламатов. Тогда особо много ни газеты, ни телевидение информации о ситуации в Афганистане не выдавали – писали и говорили лишь о выполнении интернационального долга. Тогда названия афганских городов: Баграм, Джелалабад, Кундуз – ещё не звучали зловещим эхом…

Сергея Мистюнина призвали в Военно-Воздушные Силы, и первые армейские месяцы он провёл под Ленинградом.

– Из Пушкина нас отправили в Мары, – рассказывает Сергей Васильевич. – Это в Туркмении. Мы уже знали, раз на юг посылают, значит, «за кордон». В газетах читали про Афганистан. А дома месяца через два узнали, что я на самых дальних южных рубежах. Письма наши шли через Москву…

С.В. Мистюнин, рассказывая о тех событиях, вроде таких далёких в реальности – 1980 год – и таких близких в памяти, как и его пышминские боевые товарищи, сдержан и немногословен, как будто если призвали на военную службу , то попасть в 19 лет на войну, самую настоящую, – это обычное дело. Как сказал Сергей Васильевич, армия есть армия.

Он вспоминает, как переправлялись на понтонах через Амударью – моста через реку, который потом назовут мостом Дружбы, ещё не было. Вспоминает, что задачей батальона было строительство вертолётной площадки, поэтому по Афгану покочевали: и в Кабуле стояли, и в Джжелалабаде, и в Кундузе. Удивлялись погоде этой страны: в Кабуле снег лежит, а в Джелалабаде, он на 50 км южнее, круглый год цветы цветут. Ближе к пакистанской границе зимой – плюс 20 градусов, летом – плюс 60.

Из врагов – не только моджахеды, но и прячущиеся в складках постельного белья скорпионы и фаланги. И мальчишки – маленькие торговцы. Торговля, кстати, процветала: местные продавали американские сигареты, японские магнитофоны, «полароиды». Мальчишки подбегали к нашим солдатам, предлагая купить мелочовку, глаза их жадно шарили по обмундированию бойцов, пацаны просили: «Дай автомат! Дай патронов!». Не поиграть. «С одним автоматом они на танк бежали», – говорит Сергей.

Жили бойцы в палатках, готовили на полевой кухне. Казармы для солдат ограниченного контингента начали строить после 1983-го, когда стало понятно, что мы в Афгане «всерьёз и надолго». Вода была только привозная. «Даже в Кабуле водопровода в то время ещё не было, – рассказывает ветеран. – У них своя система летоисчисления. По нашему времени – это 13 век. Так что мы попали в прошлое…».

Перед службой Сергей окончил Каменск-Уральскую автошколу, получил водительские права и в армии был водителем – управлял продуктовой машиной. Казалось бы, мирная профессия – человек привозит хлеб и воду, «сгущёнку» и макароны, но для войны все солдаты на одно лицо. Под обстрелы машина попадала не раз. Однажды снаряд попал в кабину – убил бойца на пассажирском сиденье. Когда С.В. Мистюнин мобилизовался, ему пришло письмо от товарища из Афгана с вестью о том, его машина налетела на мину. А пышминец прошёл афганскую войну без ранений.

– Бог миловал, – улыбается Сергей Васильевич.

Наверное, Бог помогал уральцу и в тот момент, когда из-за пыльной бури, поднятой коварным ветром «афганцем», его машина отстала от сопровождения, и грузовик тормознул экипаж ВАИ (военная автоинспекция), дежуривший на танке, мол, погоди, браток, дальше один не езди, стой возле нас, дожидайся сопровождения.

В октябре 80-го закончились два года армейской службы, но домой Сергея отпустили только в декабре – перед самым Новым годом, и, наверное, не было подарка желанней для него и для родных, чем возвращение домой живым и здоровым. В Пышме он тоже стал работать водителем. Разъезжая по дорогам района, наверняка вспоминали трудные трассы далёкой южной страны.

Сергей Васильевич награждён медалями «От благодарного афганского народа» и «Воину-интернационалисту». В канун юбилея грудь «афганца» украсила ещё одна награда – медаль в честь 30-летия вывода советских войск из Афганистана».

И. Виноградова,
Пышминские вести. – 2019. – 13 февраля. – С. 1-2